Роза - символ молчания

«Когда бы в то место зашел и бессмертный бог — изумился б и радость в его бы проникнула сердце…»

— эти строки Гомер относит к устройству грота «прекраснокудрой» нимфы Калипсо, пленившей героя Троянской войны Одиссея.

«...Густо разросшись, отвсюду пещеру ее окружали Тополи, ольхи и сладкий лиющие дух кипарисы; ...Сетью зеленою стены глубокого грота окинув, Рос виноград, и на ветвях тяжелые гроздья висели; Светлой струею четыре источника рядом бежали Близко один от другого, туда и сюда извиваясь; Вкруг зеленели густые луга и фиалок, и злаков, Полные сочных...» (Гомер «Одиссея», песнь V)

Роза - символ молчания

Как в действительности выглядели сады времен микенских царей доподлинно неизвестно, ведь Гомер описывал не современные себе события, а происходившие несколькими веками ранее. Но при Гомере и в архаический период, когда была полностью сформирована религиозная система греков, подобные нимфеи и сады были распространены. Для ритуальных обрядов греки сажали священные рощи, в которых возводили алтари и храмы богам. О существовании «орнаментальных» садов в Греции этого времени не осталось никаких свидетельств. Памятники древнегреческой культуры, включая поэмы Гомера, говорят, что греки воспринимали природу чувственно-эстетически, в единстве пользы и красоты («красивые гряды, с которых овощ и вкусная зелень весь год собиралась обильно»). Естественная красота природы высоко ценилась ими как не нуждающаяся в дополнительных украшениях.

Демократические основы культуры Древней Греции, заложенные в архаический период, пронизывали все ее сферы и выражались в отношении к богам, друг к другу и к природе. Эстетические и этические проблемы греков сосредотачивались в достижении гармонии жизни человека и его отношений с природой. В скульптуре были созданы каноны мужской и женской красоты, провозглашалась необходимость пропорционального физического и интеллектуального развития (физически не развитый не мог стать философом; ярчайший пример: Пифагор — философ, математик, теоретик музыки, победитель Олимпийских игр по кулачному бою). Эти принципы направили развитие греческого садово-паркового искусства по пути садов общественного характера.

Для спортивных игр строили специальные сооружения — гимнасии, окруженные рощами: известно, что великие боги соревновались именно в рощах. Гимнасий царя Аттала базировался на трех террасах, каждая из которых была выше предыдущей на 15 метров. Кроме спортивного зала на средней террасе располагался большой сад, на верхней — перистиль (двор, окруженный колоннадой) с садиком в центре. Кроме того, гимнасий содержал спортивное поле — ксист (газон из стриженого аканта) и стадий. Сад гимнасия украшался водоемами, алтарями, скульптурой, беседками и храмами, здесь собирались философы. Наконец, весь гимнасий был окружен густой рощей. Патетика времени и пафос побед в греко-персидских войнах выразилась в появлении рощ, посвященных героям, — героонов. Иногда гимнасий и палестры (школы для физического воспитания) строили рядом с героонами. Знаменитый гимнасий Академия возник в священной роще героя Академоса, от которого и получил свое название, позже превратившись в школу для образования молодежи. Во времена власти Кимона, когда началось направленное озеленение Афин, сад Академии был снабжен водоемами и прямыми тенистыми аллеями. Тогда же столичная агора (общественная городская площадь) была украшена платанами.

В эпоху эллинизма появились сады философов. Известен сад «Ликей» Аристотеля, где он прогуливался со своими учениками, прозванными «перипатетиками» («прогуливающимися»). Также известен сад ученика Аристотеля, философа Теофраста, написавшего 10-томную «Историю мира растений». В его саду росли оливы, виноград многих сортов, инжир, мирт, яблони, груши, слива и черешня. За исключением философских, других частных садов не было в городах — это определялось демократическими принципами государства. Лишь описание философом Ксенофонтом персидских садов, названных им «парадизами», пробудило интерес греков к возможности украшать свои утилитарные сады цветами.

Восточные традиции садоводства получили широкое распространение в эпоху Александра Македонского. В греческих садах появились тамариксы, заросли олеандра и роз, фиалки и гиацинты. Александр основал множество городов и организовал в них парковые территории. Наиболее богатой стала Александрия Египетская. Дворцы ее отделывались золотом и драгоценными камнями, публичные и царские сады в этом городе занимали четвертую часть всей территории: все они были связаны между собой и образовывали единый зеленый пояс. В эту же зеленую систему входил и парк Мусейона — научного центра — с ботаническим садом и зоопарком. Панорамой Александрии можно было любоваться с искусственного холма Па-пейон, на который вела спиральная дорожка.

Но более Александрии своими садами славилась Антиохия — столица государства Селевкидов. В садах Антиохии, простиравшихся до подножия гор и к реке Оронт, присутствовали садовые домики, купальни, портики и фонтаны. Из Антиохии по извилистой дорожке, бегущей через ароматные, пьянящие виноградники и розовые клумбы, можно было попасть в дивный сад удовольствий Дафны со многими прохладными источниками, украшенный гротами, фонтанами, скульптурой и крытыми аллеями — перголами, увитыми плющом или виноградом.

Памятники архитектуры Древней Греции являются и памятниками ландшафтного искусства благодаря исключительно органичному включению в природное окружение. Ошеломляющее впечатление производило знаменитое святилище Аполлона в Дельфах. Горы вокруг храма создавали многократное эхо, удивительное наслоение повторяющихся и усиливающихся звуков. Г. Флобер так описал свои впечатления: «…узкая долина между двух почти отвесных гор, дно покрыто черными оливковыми деревьями, красные и зеленые горы, всюду пропасти, в глубине — море, а на горизонте — снежные вершины... Вот местность, подходящая для религиозных ужасов...». Попадающий сюда человек даже по прошествии многих веков чувствует соприкосновение с божественным величием. Замечательными рукотворно-природными творениями являются вырастающий из скалы ансамбль Афинского Акрополя, сотворенный из мрамора, неба и воздуха, и словно втягивающие зрителя в огромные воронки амфитеатров — кратеры вулканических трагедий и комедий — знаменитые афинские театры Диониса и Герода Аттика, театр в Эпидавре.

Пониманием красоты природы проникнуты поэтичные, изысканно красивые древнегреческие легенды о происхождении цветов и растений, игравших в жизни древних греков значительную роль. Особое отношение они испытывали к оливе и лавру. Много веков афиняне следят за тем, чтобы у стен Эрехтейона всегда росла олива. Она и сейчас там, где по мифу об основании города выросла олива богини Афины, покровительницы города. Оливковыми и лавровыми венками увенчивались головы победителей игр. Ветка лавра олицетворяла «лавроносного» Аполлона, бессмертие, триумф, победу. Во время праздников, посвященных Аполлону, после осеннего сбора урожая, молодежь шла с песнями по улицам Афин, неся в руках «иресионы» — ветки оливы или лавра, перевитые шерстяными лентами. Эти ветки, прикрепленные к дверям дома, обещали изобилие еды и питья и сохранялись до следующего года.

Любимейшими цветами греков были розы и фиалки. В чудесную благоухающую фиалку Зевс превратил прекрасную девушку, желавшую укрыться от преследований Аполлона. Фиалка у греков служила эмблемой весны и Афин, которые поэт Пиндар воспел, как увенчанный фиалками город. Венками и букетами из фиалок греки украшали себя, свои жилища, домашние изображения богов. Такой венок, надетый на голову трехлетнего ребенка, означал, что его беззащитные годы прошли и что он вступает в жизнь в качестве маленького гражданина.

Розу греки считали даром богов. Сапфо назвала ее царицей цветов. Анакреонт писал, что роза родилась из пены, покрывавшей тело Афродиты, выходящей из моря. Восхищенные боги обрызгали цветок нектаром, давшим ему чудный запах. Белая роза окрасилась в красный цвет кровью поранившейся о шипы Афродиты, бежавшей к своему возлюбленному — смертельно раненному Адонису. Розы участвовали и в радостных, и в печальных событиях греков. Ими украшали богов, невест, дома, победителей и гробницы умерших. Существовало гадание при помощи розанного оракула. Роза считалась одновременно символом кратковременности жизни и бесконечности, выражавшихся в круглой форме бутона розы, не имеющей ни начала, ни конца. Именно поэтому изображение розы традиционно на могильных памятниках. Многие качества и особенности растений были замечены, обыграны в легендах и использованы в обрядах.

Культура Древнего Рима подражала греческой. Из сохранившихся описаний римских вилл Плиния Младшего и Цицерона следует, что на их развитие повлияли греческие общественные сады. Но мировосприятие римлян было совершенно иным. Великому Риму принадлежало «все»: огромные территории великих прежде государств, великие материальные и интеллектуальные богатства, накопленные ими. Перевезенная греческая и египетская скульптура, переведенная литература, драматургия и мифология, даже греческие великие боги (заботливо переименованные аккуратными римлянами) — все это было переведено в ранг милых забавных украшений быта и жизни римской аристократии. Греческому культу гармоничной идеальной красоты во всех сферах жизни римляне противопоставили культ реальной силы и власти. Психология самосовершенствования уступила место психологии захвата и присвоения. Римский практицизм наилучшим образом выразился в создании энциклопедий, собравших и обобщивших знания в разных областях разными народами, а также в развитии собственно римского скульптурного реалистического портрета. Галерея созданных портретов демонстрирует отсутствие идеализации и лиризма и, напротив, поражает реалистической психологичностью образов.

Садово-парковое искусство римлян отличалось имперской триумфальностью и роскошеством. Римские виллы занимали огромные территории. Например, дворец Лукулла был расположен на обширных участках над современной Испанской лестницей в Риме. Широкое развитие садово-паркового искусства в Риме началось в период поздней республики. Как правило, знатный римлянин имел несколько вилл за пределами суетливого пыльного Рима, разбросанных по всей стране. Например, у Цицерона их было 17.

У римлян существовало три типа вилл: «рустика» — сельскохозяйственная вилла, «урбана» — увеселительный дворцово-парковый комплекс с городским типом планировки, предназначенный для отдыха и развлечений, и «фруктуария», основу которой составляли фруктовые деревья, причем плодовый сад очень эффектно прорезался аллеями из тенистых неплодовых деревьев.

Обычно римская вилла «урбана» состояла из входного портика в небольшой дворик с фонтаном, главного здания с ксистом, превращенным римлянами в декоративный партер с фонтанами, и сада-ипподрома. В этом саду применялась фигурная стрижка растений, располагался розарий, закругления ипподрома украшались кипарисами. В розарии виллы Туски Плиния Младшего находилась мраморная беседка, увитая виноградом. В числе водяных устройств был водоем, в котором во время празднеств плавали «корабли» — блюда с изысканнейшими угощениями. За беседкой располагался павильон для отдыха. Ипподром окружался сплошной стеной из кипарисов и платанов, увитых плющом. Из ксиста дорожка вела в сад, главным украшением которого были деревья, стриженные в виде животных. Здесь впервые появилось «топиарное» искусство, названное так по имени искусного садовника Топиариуса.

Вилла Лаурентина Плиния Младшего представляет тип приморской виллы, соединяющей функции и урбаны, и рустики. Она состоит из трех дворов, ограниченных зданиями: атриума, перистиля и сада-ипподрома, выдвинутого к берегу моря. Ксист — цветочный партер, состоящий из поля фиалок. Заканчивается сад-ипподром традиционным парковым павильоном.

В композициях своих вилл римляне использовали греческие формы и названия, утратившие свое первоначальное значение. Части римских вилл назывались Академией, Ликеем — по образцу одноименных греческих гимнасиев, но спортивных устройств там не было. Распространены были и нимфеи в виде грота с источником. Ипподромом называлась часть сада с характерным планировочным рисунком. Ностальгически подражательной была вилла императора Адриана, бывшего наместника Афин, в Тибуре (ныне Тиволи). В Афинах в его правление были построены знаменитый храм Олимпейон, арка Адриана; одна из улиц Плаки, исторического центра Афин, сегодня носит его имя. Вилла в Тиволи состоит из садов, названных Академия, Ликей, сад Перикла. Ипподром украшен Портиком Пойкиле (в переводе «расписной»); под греческим «первоисточником», украшавшим афинскую стою (галерея, колоннада общественного назначения), собирались философы, прозванные за это стоиками. В центре ипподрома был прямоугольный бассейн, за ипподромом — сад, названный «Каноп» в честь курорта близ Александрии. В этом саду был большой водоем для катания на лодках и множество египетских статуй. На территории виллы располагались несколько нимфеев и театров, в том числе «морской», с колоннадой и греческой скульптурой.

В Риме по образцу греческих устраивались и общественные сады: портик Ливии, портик Випсаник, портик Октавии. Это были небольшие сады с заглубленными партерами, куда вели лестницы. Партеры разделялись на прямоугольные участки, окружались колоннадой, в центре находился бассейн. По периметру садов в стенах вырубались прямоугольные и полукруглые ниши. Аллеи, как в садах Дафны, устраивались в виде пергол.

Природные и садово-парковые сюжеты были популярны и в отделке интерьеров. С конца I в. до н.э. стены украшала пейзажная живопись. В I-III в. н.э., когда архитектура отличалась особым римским величием, сложился неправдоподобно роскошный стиль, по нарочитости напоминающий театральные декорации. В этом стиле было построено поместье Нерона, которое находилось на холмах Палатин и Эсквилин: дворец, несколько садов с беседками, статуями, озеро с лебедями, виноградники, акведуки, фонтаны, коровники, птичий двор, увеселительные павильоны. Интерьеры дворца включали пейзажные панорамы с фантастическими дворцами, нимфеями, амурами, обрамленные гирляндами и лентами. Обилие вызолоченных деталей, видимо, дало название дворцу — «Золотой дом».

Несколько иное отношение к природе показывают раскопки Помпеи. Катастрофическое извержение вулкана Везувия, считавшегося современниками давно потухшим, произошедшее 24 августа 79 года, оборвало жизнь древних городов Помпеи и Геркуланум, но сохранило не только многие здания, но и внутреннее убранство, живопись, предметы обихода. Город Помпеи был климатическим курортом Рима, куда аристократия удалялась от дел политических и общественных, потому и отличался высоким благоустройством и благородной изысканностью убранства. В Помпеях преобладали греческие художественные традиции, а не римские, поскольку его ансамбли сложились в период затухания эллинистических традиций и неуверенности еще молодого римского стиля. В состав жилого ансамбля входили небольшой дом и зеленый садик «виридарий», окруженный колоннами и украшенный фонтаном или небольшим бассейном и клумбами цветов. Чтобы снизить ощущение замкнутости малого пространства, стены домов покрывали фресками, изображавшими перспективу садов. Жилые ансамбли Помпеи масштабны человеку. Высокохудожественная простота, воздушность и пространственность объемов, пропорции открытых и закрытых пространств, их взаимодействие и интимность соответствуют греческому мышлению и мировосприятию.

Но исключение, как известно, только подтверждает правило. Римский диктат силы и власти был утвержден Вергилием: «Римлянин, помни: властно народами править — вот искусства твои...» И действительно, искусству поэзии римляне предпочитали прозу энциклопедий, высокой трагедии — комедию и фарс, общенародным праздникам — состязания в ловкости, силе, Олимпийским играм — кровавые бои гладиаторов. Греки благодарно принимали «божественные» дары природы, не пытаясь ее даже украшать. Римляне ввели фигурную стрижку растений, отделили «полезное» от «красивого» и саму природу «обложили данью». В этом плане показательно отношение к цветам.

Любимыми цветами римлян тоже были фиалки и розы, и окрестности Рима превратились в плантации. Фиалка использовалась как целебная трава, как ароматизатор вин, она была необходима на всех торжествах. Отношение к розе на протяжении существования древнего Рима менялось. В период республики роза была символом нравственности, служила наградой за мужество. Римские воины, отправляясь в военный поход, надевали на головы розовые венки, чтобы вселить в себя отвагу. Победившие в сражении выбивали розу на щитах. Во времена падения Рима роза стала символом порока и расточительства. Она превратилась в цветок забавы, которым злоупотребляли как украшением. Знатные римляне прогуливались по городу в носилках, подушки и матрацы которых были набиты розовыми лепестками. Невероятное количество роз истреблял Нерон. В его обеденном зале, где вращались стены и потолок, изображая времена года, вместо дождя на гостей падали розовые лепестки. На всех праздниках розами украшали дома, гостей, стол, блюда, сосуды и даже пол. Во время прогулок на галерах поверхность моря усыпалась розовыми лепестками. Для удовлетворения римских потребностей в розах разводились обширные розанные сады в ущерб хлебным полям, розы привозились кораблями из Александрии и Карфагена. В Риме существовала даже специальная биржа роз.

Но роза служила и символом молчания, поскольку была посвящена богу молчания Гарпократу. В залах совещаний к потолкам вешали искусственную белую розу. Это означало, что все «sub rosa dictum» («сказанное под розой») — строго конфиденциально.

«Если ты прошел мимо розы, то не ищи ее более», — говорили древние греки, подразумевая конечность и неповторимость всего. И были правы. Погибли античные цивилизации. На бывших площадях прежде великого Рима уже в VI в. н.э. сеяли хлеб или пасли скот. Утрачены были достижения науки, техники и искусства. На развалинах Римской империи началось формирование современных европейских государств, новой европейской культуры. Но фундамент европейского художественного творчества был заложен античностью.

Забыты значения розы под потолком и нимфея… Но! В оформление интерьеров прочно вошли лепные розы потолочных плафонов, а в садово-парковые композиции — романтические гроты. Настенные живописные картины с дальними перспективами, напротив, «вышли» из интерьеров и «разместились» на границах садов барокко и романтизма, превратившись в «шутихи-обманки», дразнящие неожиданным превращением реальности в иллюзию. И даже «sub rosa dictum» (конфиденциально говоря), существующие многочисленные академии, лицеи, гимназии и музеи обязаны своим существованием именно садово-парковому искусству античности.

В.В. Дормидонтова

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Защита от спама
Загрузка...